Получайте новости с этого сайта на
Pushkarev Igor

Устройство советской власти в России

"Власть, источником которой является население, народ, общество - по своему происхождению является общественной, т.е. публичной властью. Ее публичный характер проявляется в том, что сама способность властвовать есть результат консолидации отдельных полномочий каждого члена общества и передачи их новому публичному субъекту."

Федеральный закон от 21.12.2021 N 414-ФЗ "Об общих принципах организации публичной власти в субъектах Российской Федерации"

Статья 1. Организация публичной власти в субъектах Российской Федерации

1. В соответствии с Конституцией Российской Федерации органы государственной власти, иные государственные органы, органы местного самоуправления в их совокупности входят в единую систему публичной власти в Российской Федерации и осуществляют взаимодействие для наиболее эффективного решения задач в интересах населения, проживающего на соответствующей территории.
8. В соответствии с настоящим Федеральным законом и федеральным законом, устанавливающим общие принципы организации местного самоуправления, органы государственной власти субъекта Российской Федерации участвуют в решении задач местного самоуправления, вправе наделять органы местного самоуправления отдельными государственными полномочиями.

                          ПРИНЦИП РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ

Один из основополагающих принципов конституционного строя РФ, закреплен в ст. 10 Конституции РФ: государственная власть в РФ осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Каждая из ветвей власти (законодательная, исполнительная и судебная) самостоятельна и независима в реализации своих полномочий; ни одна из ветвей власти не может принять на себя осуществление функций др. ветви власти. Все государственные органы действуют в рамках своей компетенции. При этом все ветви власти взаимосвязаны, взаимодействуют и образуют единый государственный механизм.  Благодаря П. р. в. в системе государственной власти устанавливается такой порядок взаимоотношений между органами государственной власти, который позволяет им сдерживать и контролировать друг друга, не допуская чрезмерной концентрации власти в руках одного лица или органа. Тем самым создаются дополнительные правовые гарантии, препятствующие развитию в государстве авторитарных и тоталитарных тенденций, обеспечивающие свободу в обществе, защиту прав и свобод человека и гражданина.

Поддержан законопроект об организации местного самоуправления в РФ


Принятым в первом чтении
законопроектом предлагается ввести одноуровневую систему организации самоуправления на местах, установить полномочия муниципалитетов, а также усилить ответственность глав муниципальных образований.

                Муниципальная реформа

Александр Денисов: Дмитрий Анатольевич, вот, про муниципальное самоуправление можно сказать – витрина вообще всей власти в России.  Казалось бы, такое важнейшее звено, важнее его в принципе ничего нет. 

Дмитрий Журавлев:  Правда, это не витрина все-таки, а это та точка, где общество встречается с властью. Дело в том, что в основе этого нового закона лежат изменения в Конституции. Которые, в свою очередь, выразили в Законе о публичной власти, мы его как-то с вами обсуждали. Продолжением Закона о публичной власти является этот Закон о местном самоуправлении. Конечно, их можно было бы принимать пакетом, и, наверное, нужно было, потому что, по большому счету, это две стороны одной медали. Но вот пошли последовательно. Пока не было изменений в Конституцию, серьезного основания для изменения трехслойного бюджета, а, собственно, об этом и говорит глава района, просто не было, потому что трехслойный бюджет, строго говоря, был конституционной нормой. Мы никуда деться от этого не могли.

Александр Денисов: Дмитрий Анатольевич, можем ли мы судить о муниципальном самоуправлении, о его качестве по ежегодной прямой линии с президентом? Каждый раз смотришь и удивляешься, почему у президента спрашивают про кран, про трубу, про дырку на дороге. Это же уровень ЖЭКа. Ну хорошо, главы района. И с этим к президенту? Это мы как объясним?

Дмитрий Журавлев: Главы поселения. Как раз того самого главы поселения, о котором мы сегодня и говорим. Дальше глава района все дырки не заткнет, а уж лампочки точно все не закроет. Да, вы в главную болевую точку попали. Действительно, вопрос о публичной власти в местном самоуправлении как ее продолжении, потому что теперь местное самоуправление часть государственной власти. Публичная власть – это вся власть от верховной до местного самоуправления. Это вопрос о том, кто что должен делать и кто какие ресурсы на это имеет. Мы много раз с вами говорили, что традиционно из давних времен у нас получилось так, что ресурсы у нас федеральные, а проблемы региональные и местные. Поэтому президента и спрашивают, понимая, что ресурсы там, у Федерации.  А решить все президент не может, потому что, простите, не успевает все лампочки сам закрутить. Вот он даже готов, наверное, но времени у него не хватает. И в этом главная проблема. Поэтому стоит вопрос об укреплении среднего и нижнего звена, для того, чтобы как-нибудь с лампочками без помощи президента справлялись.

Тамара Шорникова: Дмитрий Анатольевич, а дело там все-таки в кадрах или в финансах? 

Дмитрий Журавлев: В финансах. Хотя это очень тесно связанные вещи. Вы понимаете, что если людям не платить деньги, то хорошие кадры долго не задержатся, потому что они найдут просто лучшее место.

Тамара Шорникова: Хорошо, тогда следующий вопрос.  Было 17 бюджетов, станет один, условно, сможем перекидывать из более финансово благополучных районов в менее финансово.

Дмитрий Журавлев: Он говорил внутри района. Это большая разница. Кто будет перекидывать? Я-то его жалею. Он-то радуется, а я его жалею. Это так же, как с губернаторами, когда закон о публичной власти принимали, многие радовались, но не все. Потому что вот теперь между ним, этим главой района и тетей Машей с лампочкой промежуточных звеньев нет. Теперь он там один. И они все будут к нему за этой лампочкой нет. А денег у него в районном бюджете все равно больше не стало. Он их просто переложил из многих маленьких кулечков в один большой мешок.

Тамара Шорникова: Вот, соответственно. Я не очень понимаю, как будет действовать эта реформа, как она поможет людям на местах жить лучше, потому что, условно, где-то были побогаче территории, где-то победнее, а сейчас у нас будет один бутерброд с равномерным, но очень тонким слоем масла.

Дмитрий Журавлев: Бутерброд будет на уровне района. И где масло класть погуще, где масло класть поменьше, будет решать глава района. Только я-то о чем говорю. О том, что, как он это масло ни размазывает, все равно на весь бутерброд не хватит. Потому что на районном уровне практически вся социальная сфера. Школы, поликлиники, они на районном уровне, не на городском, не на областном. И теперь получив все эти, ура!, ура!, мы получили местные бюджеты. А что ты делать будешь? Раньше ты по крайней мере мог сказать: «Вы знаете, вы в сельсовет идите!» А теперь тебе и послать уже некуда. Понимаете? А денег у него столько же. У него заведомо их мало. У него заведомо их на все задачи не хватает.

И опять же, он район. Мы говорили про президента, это, конечно, такой предельный вариант, но он – глава района – тоже за всеми лампочками не успеет. Сельсоветы существовали именно как органы самоуправления, чтобы решать частные вопросы и не перегружать низовой уровень власти, то есть, район. Сейчас говорят, давайте их, ну не уберем, там никто же не требует убрать обязательно все, и немедленно, и завтра с утра, но давайте их более жестко подчиним району, что логично. Потому что район теперь так же жестко подчиняется региону. Это же не просто в одну сторону. В обе стороны. Но все тот же вопрос, чем более централизованная власть, тем выше поднимается ответственность. Чем выше поднимается ответственность, тем больше вопросов и тем больше проколов, потому что просто не успевает. Не потому, что глава района плохой. С другой стороны, я прекрасно понимаю тех, кто за это выступает. Потому что они выступают по принципу, давайте хоть где-то деньги сложим. Они у нас понемножку в разных местах, давайте сложим их вместе. Может, получится. Может, любимый российский метод управления – концентрация ресурсов – что-то даст. О чем глава района и говорил. Но, вот, вот эта разница внутри районов – ее почти что нет. Это надо быть Московской областью, чтобы у тебя два соседних поселка жили принципиально по-разному. Что один поселок – это бывшая деревня, а другой – это коттеджный поселок богатых людей. И здесь действительно бывали и до этого закона случаи, когда люди из какого-то богатого поселка говорили: «Почему? Мы вот положили у себя асфальт. Мы из своих денег это сделали. Почему мы должны помогать соседней деревне, которую мы знать не знаем, знать не желаем?» И вот этот вопрос есть. Но он не в очень большом количестве регионов. Потому что там, где бедно, там везде бедно, а где богато – на Севере – там богато, там никто не делит. А вот есть такие регионы, как Московская область, не потому что она плохая, а потому что она в особом положении оказалась, где рядом, грубо говоря, кусочки Москвы и кусочки провинции. И там да, там говорят люди, а зачем, почему мы из своих денег должны им помогать? Оставьте нам наш поселковый бюджет, мы сами разберемся? Вот тут, как раз, может быть, и стоит объединить. На уровне Московской области.

Александр Денисов: А они имеют право так сказать? Вот наше и все.

Дмитрий Журавлев: Теперь нет? Ну, пока имеют, это же первое чтение. Там же еще два чтения впереди. Будет второе, оно будет острое. Потому что это регионы будут высказываться, а там ответы будут разные.

Александр Денисов: Вы так радостно сказали, что теперь нет. Дмитрий Анатольевич, а можно ли, учитывая, как вы сказали, дефицит средств, прописать ровно те полномочия, которые потянут муниципалитеты?

Дмитрий Журавлев: Хотелось бы этого, очень бы этого хотелось. Потому что полномочия без бюджета все равно не будут выполнимы. Просто на эти муниципалитеты как на несчастную лошадь, на которую все грузят, грузим еще и эти полномочия. Тут вы абсолютно правы. И здесь в рамках рассмотрения этого закона это необходимо сделать. 

Либо изменить пропорции налоговой системы, либо изменить пропорции полномочий.

Александр Денисов: А тут хочется конкретно поговорить, чтобы мы понимали, не просто какие-то полномочия. Вот, допустим, дороги, свет и газ. Муниципалитету стоит ли отдавать? Вот сейчас социальная газификация. Ведь на уровне муниципалитетов там справиться не могут даже собрать бумажки правильно. Требуется, чтобы был региональный штаб, который подчинялся губернатору, туда жаловаться.

Дмитрий Журавлев: Вы сами ответили на свой вопрос. Фактически полномочия не находятся у муниципалитетов, даже не потому что у него нет денег, а потому что у него компетенции не хватает. Понимаете? Это еще один вопрос. Даже имея средства, можно не обладать достаточной компетенцией. Вот не собрали бумажки. Кстати, с налогами это часто бывает. Очень трудно собирать налоги, это не такая простая задача. И как раз на уровне сельсовета, райсовета это сделать гораздо тяжелее, чем на уровне федерации. И то же самое с любыми полномочиями.

Александр Денисов: То есть мы сейчас с вами выяснили, что такие серьезные вещи, как газификация, дороги, освещение, муниципалитеты не смогут потянуть. А чем же они тогда будут заниматься? Вывозом мусора, только?

Дмитрий Журавлев: Им хватит, и мусор, между прочим, тоже. Это очень большая проблема. Там, где большие города, там рядом ох сколько проблем с мусором. Но, смотрите, за ними поликлиники, школы, за ними улицы, не дороги. Им бы это потянуть. Вы представляете себе? Мы уже говорили у вас в эфире. Все ругают оптимизацию. А я себя ставлю на позицию главы района. У него три поликлиники. И во всех трех течет крыша. А денег у него только на одну крышу. Вот он что должен делать? Не чинить все три? Или свозить всех в одну поликлинику, чтобы они просто не утонули? Понятно, что это выбор между плохим и очень плохим? Потому что нужно дать денег этому муниципалитету, чтобы он все три крыши починил. Но эти деньги он получит не из своих налоговых доходов, а выпросит в области. Или не выпросит. Потому что в области тоже печатного станка нет и лишних денег нет. А надо, потому что, если крышу не перекроешь, то весь дом пропал.  То есть, мы, права, пожалуйста! Что, что, как говорил герой известной комедии, а права-то вы имеете. Но где взять ресурсы под эти права? Я уже много раз говорил, и в вашем эфире тоже, что вообще налоговую систему надо перестраивать. Чтобы у людей денег было именно столько, сколько нужно под их полномочия. Это было легко, конечно, делать в Советском Союзе, потому что у нас фактически не было ни налогов, ни денег, сколько Госбанк ассигновал, столько и получалось. У нас же деньги были такие, немножко фиктивные. Но там это получалось. Там власти радовались полномочиям. Появились полномочия, появились средства. 

А сейчас – появились полномочия, появилась головная боль. Вот чего  – что этот несчастный глава поселения сможет сделать с этой дорогой? На какие средства, с помощью какой техники, каких специалистов он ее чинить будет? У него сроду этого никогда не было, они всегда были в области. У нас дорожное строительство было всегда федеральным. У меня дед в этой системе работал. После войны и до конца семидесятых годов. Там в голову никому не приходило, что это может быть уделом районных властей. Как? Вот в этом районе дорога есть, а дальше – пусть бог с ней? Дорога едина. И она должна быть едина. И на это средств у муниципалитетов тем более нет. У районов-то нет, а у муниципалитетов тем более.

Просто потому что мы слишком давно с вами на этой точке, поэтому мы тупики уже все изучили. Да, необходимо перераспределение полномочий, да, необходимо перераспределение власти, концентрация средств. Но нужно понимать, что это, в действительности, во многом не решит проблему, а определит ее. Вот когда вы сконцентрируете все средства, у вас исчезнет сомнение в том, что проблема здесь. Сейчас у многих есть мнение, что да, муниципалитет не дорабатывает, заменим плохих хорошими, и будет хорошо. Да он даже там костьми ляжет, он все равно не успеет это сделать, потому что заповеданная нам с давних времен система, при которой все деньги у федерации, она и осталась. Поэтому же и к президенту все идут с лампочкой. А какой смысл идти к главе муниципалитета, если у него, как правильно глава района сказал, денег на собственную зарплату нет?

Александр Денисов: Дмитрий Анатольевич, ну в вашем же рассуждении есть и очевидное противоречие. Если это Ханты-Мансийский край, то все в порядке. А если это Ивановская область?

Дмитрий Журавлев: Так Ханты-Мансийский край, они же не ходят. Они ходят по какому вопросу к президенту? Ветхое жилье. Которое уровнем региона даже не очень потянет, потому что там все ветхое, все во времена Иосифа Виссарионовича строилось. Ну, я немного огрубляю, конечно. И климат там плохой, здания там тяжело стоят. В действительности, по пресс-конференциям, по обращению людей, очень хорошо видно, из каких они регионов, у кого что болит. На канале был круглый стол, на котором глава Подмосковного района и Астраханского района. Для главы Астраханского района проблемы Подмосковного были недостижимыми мечтами, ему бы такие проблемы.

Зритель: Добрый вечер! Я звоню из Воронежской области. Вот сидим, слушаем вашу передачу, смотрим. Воспринимаем эту реформу муниципальную плохо. Вот сейчас наша власть очень удалена от народа, мы ее не чувствуем, да и не видим от нее отдачи, которой должен видеть народ. Но после этой реформы, она еще будет еще дальше. Удивляют слова вот этого вашего эксперта, Журавлева. Текущие крыши, три крыши, а выделили денег на одну крышу. Очень определенный вопрос. А где же деньги? Почему раньше были деньги на крыши?
 А теперь одну еле-еле сделают. И самый главный вопрос, для чего же делали все эти реформы, если от каждой реформы людям все хуже и хуже делается? Мы не стали жить лучше за тридцать лет. Каждая реформа у нас что-то отнимает, и мы делаемся – и уровень жизни падает, медицина падает, ЖКХ никакого нет в провинции, дорог нет никаких в провинции, а нам все обещают, обещают, обещают.

Тамара Шорникова:  Татьяна, а вот короткий вопрос. Вот вы говорите, что вы сейчас не видите местную власть. Так менять же что-то надо? Вы же сейчас неудовлетворены ее работой.

Зритель: Ну и что надо менять? Во-первых, элита у нас должна быть ответственная, национальная, а не такая, что космополитическая. Второе. Деньги должны выделяться на регионы. Когда их нету, не будет ни поликлиники, ни врачей, ни ставок для врачей, крыши не будет нигде, асфальта не будет нигде. Вот то, как мы живем сейчас тридцать лет. У нас нет этого. И мы уже устали от этого. И уровень жизни у нас до того низкий, извините, нам уже не на что просто даже питание покупать.

Александр Денисов: Дмитрий Анатольевич, а какая элита у нас привязана к Воронежской области? 

Дмитрий Журавлев: Никакая. Вообще национальной элиты в сырьевой стране не бывает. Потому что в сырьевой стране элита привязана к стране, в которой она поставляется, а не в стране, которая ее добывает. Причем это объективно. Не в смысле, потому что наши элитарии все нехорошие люди, Родину не любят. Если бы так все было просто, как зрительница говорит. А им объективно не очень интересно, как мы живем, потому что они экспортеры. Сырьевая экономика не бывает национальной. Я слышу знакомый голос одного политолога словами нашей зрительницы, который все время нам рассказывает о национальной элите, которая где-то там заведется, как тараканы, от сырости, и потом нас начнет вести вперед. Не появится она, понимаете? Потому что национальная элита появляется не потому, что ее уговорили быть ответственной. А потому что ей выгодно быть ответственной. А когда элита занимается сырьем, она не будет ответственной, она не сможет. Помните анекдот про лошадь, она не хочет, она не может.

Теперь по поводу денег. Собственно, зрительница меня не слушала. Я это понял. Потому что я как раз об этом и говорил, что денег в провинции нет и не будет. И что вот эта реформа – это просто попытка эту ситуацию хоть как-то скрепить и остановить, потому что хотят пересыпать из маленьких мешочков в один большой, но все те же деньги, их больше не стало. А денег не будет не потому, что их кто-то не дает. Их, собственно, давать-то никто и не обещался. А потому что в районных и даже в региональных бюджетах денег нет, а бюджет распределен так, что основные доходы федеральные. И пока это будет так, вам никто денег не даст. Потому что кто ж вам их отдаст? Они не только вам нужны. Здесь дело не во мне и не в передаче. Эту структуру не сегодня изобрели.

Тамара Шорникова: Дмитрий Анатольевич, в вопросе том же от телезрительницы была такая жалость что ли, разочарование. А раньше почему на все эти школы, больницы денег хватало?

Дмитрий Журавлев: Потому что денег раньше не было. Не было такого явления - деньги. Госбанк выделял любую сумму, которая требовалась. Потому что мы могли нарисовать. Советский Союз мог рисовать сколько угодно денег, потому что они деньгами не были. Их нельзя было обменять на иностранную валюту, купить что-то за границей. Поэтому нам было все равно, сколько денег. Мы денег могли наделать сколько угодно. И деньги делались под полномочия. У тебя есть задача, ты пришел в райсовет – надо школу крыть. Тебе сказали, зайди в банк, получи деньги. А сейчас мы скажем: «Нет, у нас денег ровно столько, сколько их есть, а не те, которые мы нарисовали». Это в действительности не совсем так, мы все равно чуть подрисовываем, как и все страны мира. И поэтому их не хватает. И поэтому вопрос и встает об их распределении. Потому что деньги сегодня, с чего я начал, и чего зрительница не захотела слушать, не привязаны к полномочиям никак. Они привязаны к источникам дохода. Вы сумели собрать налоги, они ваши. Но дело в том, что так мало налогов остается на местном уровне, что даже, если их собрать, все равно на все не хватает.

Александр Денисов: Дмитрий Анатольевич, на совещаниях неоднократно у президента и где финансовый блок присутствует из кабмина, часто заходит речь об инфраструктурных проектах. И Силуанов приводит данные, что вот у нас столько денег, но обратились и выделено средств меньше, например, вполовину. То есть, остальные почему-то не подают или они как-то неграмотно эти заявки оформляют?

Дмитрий Журавлев: Они столько бумажек собрать не могут.

Александр Денисов: Дмитрий Анатольевич, если назначить виноватого, вот как бывает на прямой линии президента: где-то колонка потекла, губернатор через полчаса появился – починил. Вот если искать все время виноватого, в каждом регионе, и губернатор будет за все отвечать, может быть, тогда инфраструктурные проекты будут грамотно оформлять.

Дмитрий Журавлев: Губернатор же отвечает. У него жесточайший есть рейтинг, и, если рейтинг плохой, ему в общем не очень весело. Минфин, и это нормально для Минфина, вы должны составить вот такие-то документы. А дальше случается то, о чем мы с вами говорили. Богатые регионы и высококлассные специалисты как раз бумажки на различные проекты легко делают, а бедные регионы, где специалистов мало, делают их тяжело и не всегда правильно. В результате, те, у кого деньги есть, получают еще, а те, у кого денег нет, их так и не получают. Понимаете? У нас есть регионы, не буду пальцем показывать, у которых целые управления сидят по заполнению этих документов. Целые структуры административные, которые делают правильно все бумаги для Минфина. Я не осуждаю эти регионы. Просто в той же Воронежской области вряд ли можно создать качественно такую структуру. Мне так кажется, я утверждать не могу. Я там в Воронежской области не работал. Но, так скажем, будет труднее это сделать, чем на Северах в Тюменской области. Куда можно любого бывшего замминистра пригласить, и он там будет работать.

Александр Денисов: А вот Воронежская область – это же богатый агропромышленный регион, ведь какая разница – нефтяной или агропромышленный?

Дмитрий Журавлев: Все-таки, вы знаете, доходность разная. Агропромышленный регион, в основном, работает на внутреннее потребление, то есть, едим мы с вами. Какая-то часть, да, продукции поступает на экспорт. А чем мы беднее живем, тем меньшее мы едим, извините. Товары, производимые для внутреннего потребления, у нас таких доходов не приносят, как экспорт. Просто потому, что мы беднее. Мы люди. Мы бедные люди богатой страны. Я это часто говорю. Люди бедные. Поэтому агропромышленный комплекс не может приносить таких заоблачных доходов, как сырье. Другой вопрос, с чем я с вами согласен, что слухи о ужасной жизни в Воронежской области несколько преувеличены, потому что есть регионы в гораздо более тяжелом состоянии находящиеся. В которых тоже сельское хозяйство, но при этом на болоте. Тоже не буду называть. Я имею в виду конкретный регион, просто не хочу, чтобы люди подумали, что я хотел их обидеть. И как там? Где главное животное – это комар. Как там сельское хозяйство развивать?

Александр Денисов: Дмитрий Анатольевич, вы знаете, если бы я был либеральным журналистом, либерально настроенным, я бы чрезвычайно радовался, до слюней, течению нашего разговора. Но меня это категорически все это смущает и пугает, Дмитрий Анатольевич.

Дмитрий Журавлев: Я тоже консерватор, причем абсолютный. Понимаете? Разница между консерватором и либералом состоит не в том, как бы, как мы воспринимаем мир, а в том, чего мы хотим добиться. Я вот хочу добиться, чтобы наше государство было не только богатым, но и могучим. А либерал хочет добиться, чтобы у него была открытая шенгенская виза. Задачи разные. Вот. Поэтому я не смущаюсь нашим разговором. По-моему, про слабости всегда надо говорить. Просто не надо делать вид, что нет ничего другого, кроме слабостей. Больные точки нужно находить, потому что их нужно лечить, а не потому, что из этого надо сделать вывод, что больной обязательно помрет, поэтому лечить его не нужно. Вот отличие от либералов.

Вот Воронежской области во многом можно помочь. Я согласен, кстати, со зрительницей, что надо бы денег дать регионам, только у Минфина другая точка зрения. И еще раз повторю, с точки зрения Минфина, он прав. Минфин – это собака у бюджета, ее задача – не давать. Она должна, она для этого существует в любой стране мира. Беда в том, что другая половина экономической власти слабее Минфина. Самое сильное министерство в России – Минфин. Так было исторически со времен царя-батюшки.

Зритель: Здравствуйте! Вот, знаете, я лично как гражданин Российской Федерации очень согласен именно с муниципальной реформой.  Я проживаю в конкретном поселении. В нашем поселении глава поселения получает 120 тысяч рублей в месяц. Все функции поселения, знаете, по договору с районом, в соответствии с частью 4 статьи 15 Федерального закона об общих принципах организации местного самоуправления, так называемый самый знаменитый закон 131. Знаете, все поселения говорят, мы по нему работаем и так далее, так вот, согласно вот этой озвученной мною части 4 статьи 15 наши функции, нашего поселения переданы практически полностью району. Все, что наше поселение, администрация нашего поселения делает, это, извините меня, дорожная деятельность, то есть, выбираю, где хочу, делаю дороги. 

И вторая деятельность нашего поселения – это повышение эффективности работы органов местного самоуправления. То есть, повышение себе заработной платы. Вот у меня такой вопрос. Скажите, к эксперту, извините меня, зачем нужна такая администрация в поселении, которая получает в год, в общем, пять специалистов и глава, они получают три миллиона двести тысяч рублей, это только заработная плата, а все функции выполняет район. Так, может, проще действительно, сократить эти поселения, отдать функции району, как сейчас район наш этим и занимается, и пусть деньги контролирует район. И мы тогда, извините, спросим с главы района о том, что сделано, что нет. Потому что, если сегодня мы обращаемся к главе района, ответ идет один стандартный: «Извините, местные органы самоуправления по 131 закону занимаются самостоятельно своим решением». Недавно я даже получил официальный ответ от министра по делам территории нашей Рязанской области, у нас Жанна Фомина, так вот она открыто ответила, что проблемы квартир муниципальных, ремонта и так далее, решает местное самоуправление, даже не район, мол, а ваше поселение. Хочет ремонтировать глава или не хочет, это его проблемы. Так вот скажите, зачем так, если над ним никакого контроля нет, зачем нужен это глава и это поселение.

Дмитрий Журавлев: Как ни парадоксально, все говорили одно и тоже. Кажется, женщина критиковала, а Батыр поддерживал, а по сути одно и то же. Все говорили, одно, давайте деньги, полномочия и задачи соберем вместе. Потому что Батыр о чем говорил? Сидят люди, ничего не делают, а зарплату получают. Потому что все равно у них нет ни денег, ни полномочий ни на что, кроме своей зарплаты. Поэтому их надо ликвидировать, поскольку они не работают. Совершенно прав. Вот это и нужно сделать. Нужно, чтобы оставались только работающие органы, которые реально могут что-то сделать. Если для этого их надо сократить, их надо сократить. Хотя надо понимать, что свои минусы тут тоже будут. Но, с другой стороны, держать организацию, которая ничего не делает, это один минус. Там вообще плюсов нет. И в этом смысле, наверное, реформа верна.

Добро пожаловать! Вы первый раз здесь?

Что вы ищете? Выберите интересующие вас темы, чтобы улучшить свой первый опыт:

Применить и продолжить