Получайте новости с этого сайта на
pushkarev igor

Он вам не гегемон

Царские цацки (вглядитесь в важность момента)

Можно быть президентом и не быть национальным лидером, что с рейтингом 30%, что с рейтингом 70%. Суета вокруг прямой линии 2019 года высветила эту проблему: чтобы продать гражданам аттракцион с высокорейтинговым, но уже не популярным президентом, в ход пошло все, от СК до экстренного совещания о прямой линии, на которое президент пришел в кардигане. Это совершенно новый формат, раньше редактуру и отбор вопросов скрывали от публики, имитируя спонтанность.

Президент теряет популярность, от него уже почти ничего не ждут. Его коалицию поддержки сломала ударная предвыборная кампания и пенсионная реформа. Это еще не «страна против Путина», но определенно страна, мало интересующаяся президентом и все чаще разговаривающая с разнообразными властями требовательным тоном.

Лидерство подразумевает множество вещей, но важнейшие из них – способность задавать повестку, а не следовать за ней, эффективность аппарата, конвертирующего инструментальные преимущества в политический статус лидера, мотивированная и получающая регулярное подкрепление коалиция поддержки.

Кремль придумывает повестку, Путин одобряет ее, а потом все летит в тартарары, и нужно снова заниматься не повесткой, а тем, что прилетело из гущи народной жизни. 

Вожжи оказались выпущенными из рук из-за постепенной эрозии АП (администрация президента) как главной политической институции страны. Список критериев отбора в ближний круг президента пополнился требованием быть комфортным для участвующих в его неформальной жизни. Инструментальную по своей природе харизму президента сегодня обслуживают люди, компенсирующие отсутствие профессиональных компетенций компетенциями дворцовыми. Страх перед патроном блокирует инициативу нынешней внутриполитической команды Путина, а президент, сконцентрированный, как и пять лет назад, на внешней политике, требует именно инициативы. В итоге получается только реагировать, продать своего слона не выходит.

Авторитет АП утрачен, администрацию больше не боятся. По сути, она раскололась на множество частей: большой протокол, занимающийся обустройством президентской жизни, департамент добрых дел и новой элиты, бесконечные ряды силовиков и бывших силовиков, «решающих вопросы» в стиле фээсбэшников из романов Пелевина, и так далее. Выборами и транзитом там просто некому заниматься.

Обрушение внутриполитического контура управления совпало во времени с третьим большим переделом собственности в стране, если считать, что первый прошел в 90-х, а второй – в конце двухтысячных. По сути, общенациональная политика как таковая превратилась в инструментальное измерение реальной политики – процесса дележа экономического наследия эпохи Путина между его приближенными.

Ни один из одариваемых казной не спрашивает себя, а как моя жадность ударит по моему патрону, – на то он и лидер, чтобы держать удар. Но лидерство утрачено, и очередная свалка или налог чьего-то имени бьют и по президенту, и по системе в целом. Власти или множат протест, усиливая нажим, или теряют лицо, отступая.

Последнее – отступление – случается все чаще. Произошло вот что. Российские граждане, в общем, обычно оказываются перед фактом: здесь будет свалка, здесь храм, здесь вы должны денег, а Голунов или «Новое величие» будут сидеть. Перебирая варианты сопротивления, разные, не связанные между собой сообщества сопротивляющихся открыли для себя эффект: чем громче и радикальнее протест, тем выше вероятность, что власти пойдут на попятный. Власть постоянно дает протесту подкрепление в виде готовности отыграть все назад.

Дно гегемонии

Можно ли вернуть лидерство? Переломить повестку? У гегемонии есть своя «темная материя»: например, по отношению к цыганам Чемодановки – мы все, так или иначе, лоялисты, а значит, часть граждан может соблазниться чем-то вроде немотивированной атаки на грузин в 2006 году. 

Альтернатива – реформа самих силовиков, сегодня она выглядит как единственный сценарий общенациональной кампании, который общество и часть элиты поддержат. В конце концов, кто знает, не захотят ли офицеры ФСБ или копы прекрасной России будущего году эдак в 2025-м подбросить немного вещества детям нынешних правителей России, ведь от отставки и выпадения из обоймы никто не гарантирован, особенно во время транзита. 

Трейд-офф для президента выглядит следующим образом. У него есть один шанс на большую реформу, которая вернет ему статус национального лидера на какое-то время. Но проблема в том, что после двадцати лет правления он должен предложить обществу что-то посолиднее национальных проектов. Грубо говоря, последняя реформа должна в каком-то смысле ликвидировать тот способ правления, который президент практикует с дела Гусинского, то есть правление страной через инструменты силового принуждения. 

Можно ничего не делать. Но тогда мы очень скоро узнаем ответ на вопрос, готовы ли граждане терпеть бесчинства правящего класса, которые больше не покрывает авторитет национального лидера. 

 

 (в сокращении)

Константин Гаазе

Июль 1967 года. 'A Whiter Shade of Pale'  - песня № 1 в мире. Но это больше, чем это. Это эпоха рок откровений; каждый год видел углубление рока как искусства. «Битлз» прошли путь от  'Hard Day's Night' до  'Revolver'  и до  'Sgt. Pepper.'  А теперь есть песня A Whiter Shade of Pale, которая мгновенно определила что-то новое: «классический рок». Это слияние электрогитары рока, мощного вокала и напыщенных барабанов с вдумчивой лирикой и хитрой сложностью классической мелодии и аранжировки. Само название группы предлагало нечто гораздо более глубокое, чем обычная поп-музыка ... PROCOL HARUM.


ОРИГИНАЛЬНОЕ ИСПОЛНЕНИЕ С НАЛОЖЕНИЕМ КАРТИНОК

Welcome!!! Is it your First time here?

What are you looking for? Select your points of interest to improve your first-time experience:

Apply & Continue