Получайте новости с этого сайта на

Мовчан людоведствует

Мое людоведческое любопытство достигает в последнее время какого-то ненормального предела. То есть я наблюдаю как очередной шест судьбы пытается померять глубину мутных вод человеческого интеллектуального ничтожества, и вот – длины его не хватает, дна нету. Нету дна.

Вот возьмем Москву. И еще возьмем прививку Спутник. На сегодня в Москве привито Спутником где-то от 1 до 2 млн человек. Это много для статистики. Что говорит нам статистика? Что побочные явления от Спутника достаточно умеренны – как при прививке от гриппа. То есть конечно это побочные явления краткосрочные – про долгосрочные мы узнаем спустя долгое время. Не то чтобы мы могли всерьез подозревать что следует ожидать долгосрочных последствий (аденовирус человека + кусок белка коронавируса – подозревать такую комбинацию в разрушительном действии сложно) – но организм всё же штука сложная, поэтому – не исключаем. Мы еще знаем, что очень редко Спутник вызывает тяжелые последствия вплоть до смерти – есть уже смерти от Спутника. Сколько? Около 1 на миллион вакцинированных. Что такое 1 на миллион? Это вероятность катастрофы современного пассажирского самолета; это в 20 раз меньше вероятности попасть в тяжелую аварию на автомобиле.

С другой стороны, есть КОВИД. Что мы знаем о ковиде? Мы знаем что это опасная болезнь, вероятность смерти от неё (даже для молодых) – от 0.5% до 3%, причем умирают непонятно кто – и молодые, и сильные, и здоровые. От 10 до 25% переболевших испытывают большие проблемы со здоровьем, связанные и с последствиями болезни, и с последствиями терапии, прежде всего гормональной. Знаем ли мы отдаленные последствия этой болезни? Тоже нет (как и в случае прививки), но нетрудно понять, что они статистически будут значительно серьезнее.

Что мы знаем про действие Спутника? Что он снижает вероятность заболевания и тяжесть протекания болезни в случае заболевания. Судя по статистике, снижение смертности не менее 50% (а возможно оно сильно больше), снижение тяжести заболевания оценить сложно, но если считать по пропорциональному количеству госпитализаций (что не точный метод, но всё же) – то более 60% (непонятно насколько больше, но кажется сильно).

Будем считать, что вероятность заболеть у вас – ½ (то ли заболею, то ли нет). То есть вероятность умереть от болезни без прививки у вас ½ умножить на (возьмем минимум) 0.5% = 0.25% или 1 на 400. А с прививкой – в два раза меньше, то есть 0.125% или 1 на 800. То есть (я даже не беру вопрос тяжелой болезни, там всё в 100 раз более внятно) делая прививку Спутник вы снижаете вероятность умереть на 0.125% и увеличиваете ее на 0.0001%. При этом долгосрочные последствия и там и там неизвестны, но кажется от Ковида они всё же хуже.

То есть не прививаться Спутником сегодня – это всё равно что отказаться лететь боингом Бритиш Эйрвейз, потому что это же опасно – летать, и вместо этого поехать на предельной скорости на гоночном мотоцикле с неисправными тормозами и лысыми покрышками по мокрому шоссе с плохим покрытием и интенсивным трафиком, состоящим в основном из пьяных водителей джипов, торопящихся на поезд.

Дальше – больше. После того, как оказалось, что в России из 10 человек 8 выбирают мотоцикл, выяснилось, что делают они это не просто так, а потому что современный Боинг в их представлении олицетворяет несвободу, нелиберальность, рабство и фашизм. То есть вот не просто неудобство, не просто риски – а фашизм; особенно если в этом Боинге заставляют лететь.

Здесь следует сделать этимологическое отступление. Дело в том, что «свобода» и «либеральность» в современном политическом словаре, разумеется, не означают полную независимость от общества и права равные естественным возможностям индивида. Начиная с 16 века благодаря великим мыслителям мы усвоили, что свобода человека всегда заканчивается там, где начинается свобода другого человека. «Либерализм» в этом смысле, разумеется, не означает «больше всяких свобод всем» ровно потому что так не бывает – вы можете лишь перемещать границу свободы одних наружу в ущерб другим – перемещая их границы свободы внутрь. Незанятых пространств свободы для освоения фактически не существует. «Либерализм» в его точном определении означает две вещи: (1) Обеспечение базовых свобод всех граждан (напоминаю: право на жизнь и защиту, свобода слова и собраний, право избирать и быть избранным, право на труд и заработок и так далее) и (2) Стремление к уравниванию прав всех членов общества.

В этом смысле, например принудительная вакцинация может рассматриваться как ужесточение требований и ограничение свободы тех, кто не хочет вакцинироваться. Но при этом же такое действие – очевидная защита права на защиту, то есть базового права граждан: трансмиссионный коэффициент коронавируса колеблется в диапазоне 1.2 – 1.6 на непривитых сообществах, и даже двукратное его падение (а массовая вакцинация похоже снижает его еще больше) уводит его ниже единицы, то есть заставляет вирус исчезать. Сомневаться в том, что вакцинация работающей вакциной обеспечивает право на защиту от заражения сейчас уже смешно – есть опыт Израиля, Великобритании, ЕС. Сомневаться в том, что Спутник эффективен (насколько – вопрос), тоже смешно – тут тоже есть статистика. Получается, что принудительная вакцинация Спутником – это как раз очень либеральная мера.

И да, я слышу аргумент «привитые тоже могут переносить болезнь, даже больше – потому что они болеют легче». Это совершенно верно – но не имеет никакого отношения к вопросу, потому что вопрос именно в тотальной вакцинации. Именно поэтому к вакцинации надо принуждать – провакцинировав 50% населения вы получаете снижение вероятности для этих 50% и – повышение для вторых 50; потом проходит время, иммунитет привитых ослабевает, и вирус, мутировав в непривитой половине, перемещается обратно к давно привитым.

To add insult to injury – принудительная вакцинация существует во всем мире очень давно в отношении десятков вакцин и большинство оголтелых борцов с вакцинированием сами провакцинированы многократно, даже если не хотят об этом помнить. Да что вакцинирование – в самом либеральном обществе мы лишены тысяч прав выбора и обязаны совершать с собой множество обязательных действий: носить одежду (часто – вполне конкретную), соблюдать правила вежливости, дорожного движения и пользования унитазом, фотографироваться на паспорт и потом его предъявлять, чихать в платок, платить теми деньгами, которые принимаются в стране, и так далее и так далее. Все эти ограничения связаны как раз с защитой прав – только не ваших, а всех вместе и всех других в отдельности; а значит и ваших тоже. Вы не можете в либеральном обществе дать соседу в морду, даже если эта невозможность оставит вас в состоянии тяжелых моральных страданий – но и он не может этого сделать (даже если стоило бы). Почему тогда вас удивляет, что вы не можете просто так повышать вероятность болезни и смерти соседа?

Кстати, к вопросу "демократично" ли принуждать к вакцинации. Демократия - это выборность и сменяемость власти на базе всеобщего избирательного права. Так что вопрос бессмысленен - если выборность, сменяемость, всеобщее право есть, значит принудительная вакцинация демократична. У вас есть?

Ну и конечно есть у нас общества нелиберальные – например та самая Россия, в которой живет так много новоявленных борцов за либерализм. Удивительно только, что фальсификация выборов, политические преследования, агрессия по отношению к соседям, ущемление меньшинств, мужской шовинизм, коррупция, атрофия гражданских институтов, судебный и силовой произвол, уничтожение малого и среднего бизнеса волнуют дай бог 10-15% населения; прививаться же не собралось аж 80%. Какое-то очень избирательное отношение к либерализму.

Напоследок снова к этимологии, на это раз слова «фашизм» - вдруг меня прочтет идиот, вообразивший себя узником концлагеря, потому что его обещали не пустить в ресторан без вакцинации. Фашизм – это идеология, объявляющая людей неравными в силу их естественных и неизменяемых свойств – например национальности. В обычном либеральном государстве люди не равны (еще как) в силу изменяемых атрибутов: не сдал на права – не ездишь на машине; нет 18 лет – не купил алкоголь; не работал – не заработал; не одел галстук – не пустили в клуб; не привился – сиди дома, не ходи в чайхану. Кстати, отказываться прививаться без наличия противопоказаний – это тоже не фашизм, хотя это и бьет по правам других не умереть от ковида. Отказ прививаться – это смесь эгоцентризма, глупости и инфантилизма. А прикрывать их можно любыми словами.

==========================

Следующим приобретением технологических гигантов могут стать они сами

Джина Чон

ВАШИНГТОН, 27 июля (Reuters Breakingviews). Крупные технологические компании США могут посмотреть в зеркало, ожидая своего следующего приобретения. У Alphabet (GOOGL.O) , Amazon.com (AMZN.O) , Apple (AAPL.O) , Facebook (FB.O) и Microsoft (MSFT.O) в общей сложности около 600 миллиардов долларов наличными. Когда выручка достигнет нового максимума, инвесторы будут заинтересованы в том, чтобы это заработало. Выкуп дополнительных акций может стать нормой по умолчанию.

Создатель Google заявил во вторник, что выручка во втором квартале подскочила на 62% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года до 62 миллиардов долларов благодаря росту онлайн-рекламы. Microsoft продемонстрировала рост на 21% до 46 миллиардов долларов в четвертом финансовом квартале, закончившемся 30 июня, в то время как выручка Apple выросла на 36% до 81 миллиарда долларов за три месяца, закончившихся 26 июня.

Рекордный уровень доходов оставил компании без денег.  (The record levels of revenue have left the companies awash in cash-оригинал фразы)*

. Например, военный фонд Microsoft составляет около 130 миллиардов долларов, что больше, чем, скажем, рыночная капитализация Snap (SNAP.N) . У Apple еще больше возможностей - 194 миллиарда долларов наличными и рыночными ценными бумагами.

Покупка других компаний стимулировала рост, но пока это рискованный выбор. Федеральной торговой комиссией в настоящее время руководит критик из Кремниевой долины Лина Хан, а президент Джо Байден назначил врагом Google Джонатана Кантера руководить антимонопольным отделом Министерства юстиции. С этими ведущими сторожевыми псами даже приобретение стартапов - в особенности Apple, - может столкнуться с пристальным вниманием.

Еще одна область, в которой Big Tech могут разориться, - это найм. В прошлом году Alphabet отложила планы по увеличению числа участников до 20 000 человек. По данным PayScale, если он увеличит фонд заработной платы на эту сумму, это будет стоить 2,4 миллиарда долларов в год, исходя из средней зарплаты программиста в 120 000 долларов. Это едва ли повредит кучу наличности босса Сундара Пичаи в размере 136 миллиардов долларов, и, вероятно, усилия новых сотрудников принесут больше. Исследования и разработки уже являются приоритетом для Big Tech.

Остается вознаграждение акционеров. Apple и Microsoft выплачивают дивиденды. Другие технологические гиганты сосредоточились только на обратном выкупе акций. Программная фирма, которой управляет Сатья Наделла, почти преодолела 40 миллиардов долларов, утвержденных в 2019 году. В июле Alphabet заявила, что выкупит акции на 28 миллиардов долларов, а в апреле добавила еще 50 миллиардов долларов.

При высоких ценах на акции есть риск, что компании переплатят. Акции Alphabet выросли на 72% за последний год по сравнению с ростом на 37% для индекса S&P 500. Тем не менее, инвесторам нравится обратный выкуп. А босс Apple Тим Кук и его коллеги не имеют вариантов.

КОНТЕКСТ НОВОСТИ

- 27 июля Alphabet сообщила о рекордной выручке во втором квартале в 61,9 миллиарда долларов, что на 62% больше, чем год назад. Аналитики ожидали, что выручка составит около 56 миллиардов долларов, по данным Refinitiv.

- Также в тот день Apple заявила, что ее объем продаж в третьем финансовом квартале составил 81,4 миллиарда долларов за три месяца, закончившихся 26 июня, что является самым высоким показателем за аналогичный период. Аналитики оценили выручку в 73,3 миллиарда долларов.

- В тот же день Microsoft сообщила о выручке в размере 46,2 миллиарда долларов за четвертый квартал, закончившийся 30 июня. Аналитики ожидали, что выручка составит 44,2 миллиарда долларов.

==============================================================

Екатерина Шульман, [10.07.21 ]
Как отказать СМИ - иностранному агенту, когда оно хочет поговорить с тобой о Стратегии национальной безопасности? Никак не отказать, особенно если интервьюер - Светлана Прокопьева. В издании Север.Реалии : сравнение двух стратегий, 2015-го и 2021-го, приграничность и пограничность, угрозы внешния и внутренния, страх, тревожность и выборы. А также политическая история, которая не заканчивается никогда, и реклама политологических научных публикаций.

"Обычно считается, что для того, чтобы народ вышел на улицы, должно произойти что-то ужасное. На самом деле, никакой корреляции между ужасностью и реакцией на нее нет. Народы и политические нации прощают, не замечают, быстро забывают самые чудовищные акты государственного людоедства. А потом кто-нибудь обидит рыночного торговца, как в Тунисе, и вдруг все встали на уши и пошли протестовать с такой силой, что режим сменился. Считается, что в авторитарных политических моделях граждане безразличны к выборам, потому что они воспринимают фальсификации как должное, вообще выборами не интересуются, им прививают политическую пассивность. Все это правда. Пока, наконец, вдруг в Беларуси тот народ, который считался самым кротким, терпеливым, советским, крестьянским, каким угодно, не подходящим под определение "революционной массы", вдруг возьмет да и начнет эту самую революционную активность.

Хабаровские события отличались долгосрочностью. А долгосрочный протест обладает вот каким свойством: он запоминается, он оставляет следы, он формирует политическую нацию. Это же самое можно сказать и про белорусов: если бы это не звучало так бесчеловечно, я бы сказала, что белорусы делают себе историю. Они формируют себе политическую, гражданскую нацию, которой до этого у них не было. В этой перспективе ситуационное поражение или победа не так много значит. Так пишется история. История пишется долго. Опять же, людей, которые страдают прямо сейчас, это не очень утешает. Но я не могу об этом не сказать, потому что это мой предмет научного исследования.

Хабаровский протест пользовался самой большой симпатией среди всех протестных кампаний, судя по опросам. Ему люди в России сочувствовали больше всего. Он выглядел не политическим, не вождистским, не московским и не корыстным, не радикальным. Ему сочувствовали гораздо больше, чем протестам, связанным с Навальным, и больше, чем московским протестам 2019 года, потому что московские протесты традиционно рассматриваются в остальной России как производная от специфической московской зажратости. Про Хабаровск этого сказать никак нельзя. Поэтому уровень поддержки или, по крайней мере, сочувствия или симпатии к нему был невероятно высок. Такое не проходит бесследно, такое не забывается".

===

Пасечник, ты не прав. Народ у нас, как и повсюду, а может и даже лучше. Не клевещи на нашу молодежь. 100 лет безвременья не смогли вытравить ростки, тянущиеся к Солнцу и свободе. Жизнь, она возьмет свое.*

Добро пожаловать! Вы первый раз здесь?

Что вы ищете? Выберите интересующие вас темы, чтобы улучшить свой первый опыт:

Применить и продолжить